Дануолл. Пир во время чумы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дануолл. Пир во время чумы » Черновики » Чуть свет, с собакою вдвоем. 1837 год, 7 день месяца леса


Чуть свет, с собакою вдвоем. 1837 год, 7 день месяца леса

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

1. Название: "Чуть свет, с собакою вдвоем".
2. Дата: 7 день месяца леса, 1837 год.
3. Место: улицы Дануолла.
4. Действующие лица: Янек Лыткин, Билли Лерк.
5. Краткое описание: Случайно встретив в городе одного из псов Аббатство - с явно не смотрителем - Янек Лыткин пытается разобраться, что к чему.

0

2

- Тут все. Закругляемся. Отчет без меня не сдавать, - спокойный голос Лыткина доносился из замызганного, заляпанного мухами, окна. - Главное, упаси вас мать-Удача, не притащите эту гадость в Аббатство. Там дохлых собак и так хватает. И трупы туда тащить тоже не надо! Не забирайте работу у нашей доблестной стражи – вон она как раз спешит, подметки на ходу теряя.
А через минуту из дверей подъезда показался и сам смотритель. Трудно подпереть покосившийся дом, говорили у него на родине. Невозможно купить жизнь за чужую смерть. Жену обвиняемого звали Родой. Скорей  всего поженились они без любви, потому что так было надо. К Чужому обращаются не только из-за любопытства или желания власти, но и от тоскливого одиночества тоже. Возможно, эта пара была даже счастлива. Даже дети появились. Не надо было ради любви бежать неизвестно куда, тайком пробираться к чужим женам или быть навсегда разделенным сословными предрассудками. Теплый уютный огонек, который сейчас редко горит из городских окон. А осенью 1836-го пришла чума. Последней она унесла жену. Несколько месяцев выживший муж и отец потерянно ходил по осиротевшей квартире, натыкаясь на облупившиеся стены. Обрывал себя на полуслове, зовя домашних – вдруг это страшный сон, и он проснется. А пару дней назад свидетель, из постоянно поминаемого всеми добрым словом, Союза граждан передал, что из-за двери мистера Эммика ощущаются неприятные запахи и странные звуки. Лыткина, ласточкой, послали разобраться с донесением, дав в поддержку двух зеленых новобранцев. В квартире обнаружились трупы рыжеволосой женщины, троих детей, а так же собаки. Чужие. И возведенное святилище с темно-синим палантином. Обвиняемый даже не сопротивлялся, рассказав все пустым бесцветным голосом. Хотел выменять семью соседей на свою…. 
Новобранцы, впервые попавшие на такой вызов, стали зелеными не только фигурально. А  сам Лыткин захотел пройтись. Смотрители, не прорицательницы, и не обладают даром предвидения. И про еретиков и ведьм нередко узнавали уже поздно. И приходилось разбираться уже с последствиями. Местная забава: гори-гори ясно. Простят ли их когда-нибудь люди? За не оперативность.
Летнее утреннее солнце уже поднималось над горизонтом, когда тивианец решил, что пора возвращаться. Тем более заброшенный пустынный район явно не располагал к сопливой романтике. Да и к самокопанию Лыткин тоже был не склонен. Внезапно, тишину улицы разорвал громкий собачий лай, который донесся из-за угла. Прокравшись, мужчина выглянул: лай, как не странно, принадлежал волкодаву. Приглядевшись, смотритель с удивлением узнал в нем, знакомое существо, которое раньше принадлежало брату Леонардо. И который сейчас прогуливался вместе с темнокожей женщиной. Пес, в смысле, не человек. Янек  лишь досадливо поморщился, женщина находилась спиной к мужчине. По-быстрому проверив, как выходит сабля – такие странные горожанки нередко оказывались самыми кусачими – Лыткин стал осторожно идти следом, стараясь не привлекать к себе ненужного пока внимания.

+1

3

Псы стали для Билли неожиданностью. О том, как, почему, когда именно они прибились к китобоям, все рассказывали по-разному. О том, почему их не убили, вообще умалчивали. Сходились только в одном: по какой-то странной, необъяснимой причине, китобоям, аббатских псов на дух не переносившие сколько Билли их знала, именно эти волкодавы нравились. Их надо было оставить. А еще лучше - переучить, чтобы те отвыкли от старых трюков и научились новым. Чтобы никогда больше не сменили хозяев.
Как это сделать, Билли понятия не имела. Пока волкодавы научились не бросаться на китобоев, даже когда на тех были маски - и это уже было большим прогрессом. Впрочем, она полагала, что найти кого-то, кто разбирается в тренировке псов в Дануолле проблемой не будет. А до того времени решила обходиться своими силами.
Сегодня, например, поняв, что утро выдалось относительно свободным, и о важных делах несколько часов можно не думать, Билли подумала, что очень даже неплохо было бы просто прогуляться с кем-то из псов. Посмотреть, на что и как они реагируют в настоящем городе, среди обычных людей.
Она взяла крупного, смирного волкодава. Из тех, которые привыкали быстрее остальных. Его клички Билли не знала. Наверняка ему уже успели что-то подобрать, но она, тихо разговаривая с ним время от времени, все равно называла его псом. Тот время от времени лаял в ответ - громко, но без злобы.
- Видишь, пес, теперь за нами следят, - тихо сказала Билли, спустя какое-то время заметив, что за ними кто-то идет. - Раньше я бы научила тебя сбегать и прятаться. Но этому я тебя всегда успею научить. А пока мы можем и вести себя как приличные люди. Прости, как приличные убийца и пес.
Она дошла до поворота и, подавив привычное желание нырнуть в узкий переулок и затеряться в городе, остановилась, приказав псу сидеть. Тот послушался - впервые за все утро.

+1

4

Лыткин не мог уверенно утверждать заметила ли женщина его или нет. Но он точно знал, что этого расстояния между ними мало, чтобы его ни почувствовала обученная собака смотрителей. Если женщина его заметила, тогда почему она не убегает? Или, хотя бы не пытается заговорить? Впрочем, даже выстрел был вполне ожидаем, в этой ситуации. Но женщина так и продолжала идти, будто ничего не замечала. Что еще больше распалило интерес к загадочной незнакомке.
Когда смотрители ушли в Затопленный квартал, то они захватили собой и нескольких волкодавов. Ни вернулся никто. Янек до сегодняшнего дня считал всех псов погибшими. Ибо представить, что китобои решат приютить собачек, натренированных рвать противников, было также невозможно, как официальный мир между структурами. Который, пришедший на смену Берроузу лорд-защитник, нисколько не сомневаясь уверенно заключил, совершенно не интересуясь мнениями сторон. Видимо в Колдридж его били очень сильно.
Думать, что это настоящее решение Гарольда жутко не хотелось.
Между тем, незнакомка зашла за угол, заставив сильно задуматься: а настолько любопытно Лыткину, что он готов рискнуть собственной головой. Как смотритель не прислушивался, но так и не смог разобрать звука шагов. Да и собачий лай внезапно прекратился. По всему выходило, что либо женщина уже ждет его, либо зашла в какой-то из домов. Впрочем, был еще третий вариант: смотритель уже спит на ходу и ему снится всякое непотребство.
Не удержавшись от любопытства, Янек все же решил завернуть за дом, по пути ощутимо стукнув ногой о камень. Что точно показало – явь.  Горожанка совершенно никуда не торопилась, явно поджидая своего преследователя. Исчезать вместе с собакой она явно не спешила. И на убийцу тоже не походила.
- Наши дрессировщики были бы весьма огорчены, - прокомментировал он. – Сколько усилий и все впустую. Или я где-то подхватил чуму и теперь так брежу.
Покосился на машинально снятую на прогулке маску с подшлемником: надевать её, пожалуй, было поздно.

Отредактировано Янек Лыткин (2015-04-13 10:26:05)

+1

5

Билли посмотрела на смотрителя. Раньше ее редко интересовало то, что они скрывают под масками. В каком-то смысле все они были для нее на одно металлическое лицо. Но время менялось - и меняло Билли. Отрицать это было глупо.
Этот смотритель выглядел неплохим, незлым. Уже нетипично. И обвинять ее в чем-то сразу же не спешил, что тоже было хорошо.
- Чумной бред выглядит совсем не так, - сказала Билли. - Можете мне поверить. Он неприятный, липкий - его ни с чем не спутаешь. Так что я бы ставила на первый вариант. А вашим дрессировщикам просто стоит быть умнее и не отправлять собак туда, где и люди не способны выжить.
Злобы или угрозы в ее голосе не было. Билли знала, что пока что китобои неприкасаемы. Смотритель - если понял, кто она - тоже должен был знать это.
Единственным смотрителем, с которым она разговаривала - не считая тех, кого допрашивала, и Кэмпбелла, которым нахально воспользовалась - был Этвуд. И Этвуд не вписывался в тот образ смотрителей, который с детства жил в голове Билли. Отчасти поэтому она была даже рада тому, что смотритель пошел за ней. Хотела проверить, был ли Этвуд исключением, или это картинка в ее голове много лет не соответствовала действительности.
Пес, учуяв знакомый запах, тревожно дернулся и Билли, пересилив себя - она все еще опасалась аббатских волкодавов - успокаивающе положила ему на голову ладонь.
- Спокойно, пес, он не заберет тебя назад. Теперь ты наш, навсегда.
Она подняла глаза на смотрителя. Раз уж так все вышло, проверить, знают ли уже в Аббатстве о том, как опознать новую главу китобоев, будет нелишним.
- Вы знаете, кто я?

+1

6

- Вот как.
Не спросил. Констатировал. И, пожалуй, все вместе. Интересны описания ощущений от чумного бреда – совпадают с рассказами остальных выживших. Бывшая больная или слышала от кого-то?  Впрочем, спрашивать он не стал. Лейб-медик вовремя доработал лекарство. Осталось, кого лечить. Правда, вот он даже не подозревал, что китобои тоже чумой болеют. Пусть и умирали от пуль они, как и все остальные. И кровь у них была такая же красная, как у всех. То, что чернокожая женщина – убийца, указывала фраза про людей и собак. Да и тон… Таким явно не разговаривают с местным бабайкой.
- Разве? А как же милые вежливые люди в черном? – наклонил голову не менее вежливый человек в сером. Объяснять, что если начальству в голову что-то втемяшится, то тогда спорить с ним бесполезно, Янек не стал. Побоялся сравнения руководств не в пользу Аббатства. Впрочем, тот же главный псарь Барломильо уверенно вел оборону против главного механика и прочих братьев, пытающихся сделать из волкодавов более смертоносное оружие.
Но даже псы, как выяснилось, не проявили прививаемой им верности. Если бы Лыткин знал этих животных меньше, сейчас возмущался б этим. Попрание идеалов Аббатства и все в таком роде. Но рыжий тивианец знал питомцев более чем достаточно. Главными вожаками для волкодавов были люди. И совершенно не важно, какие маски они носят.
Китобой и смотритель мирно беседуют, не выхватывая арбалеты и палаши. Какая потрясающая ситуация – перед чумой бы её на подмостки театра. Зрители аплодируют, аплодируют, кончили аплодировать, а театр остался без драматурга.  Ибо к нему пришли добрые дяди в бронзовых масках.
Мимолетно улыбнулся.
- Совершенно бессмысленно забирать обратно собаку, поменявшую хозяина. Если взяла лакомство из чужих рук и подчинилась другому – это негодный материал.
Кто она? Женщина. Говорят, среди китобоев была лишь одна представительница прекрасного пола. Которая ходила в таком же красном плаще, как мертвый Дауд. Впрочем, может она и не из еретиков, а просто им помогает. Перемирие защищало и таких.
- Неужели, явка с повинной? – не скрывая язвительности, патетично воскликнул Лыткин. – Да вы не стесняйтесь, не стесняйтесь, рассказываете. Не далее, как сегодня утром, я с таким же вопросом расспрашивал об этом зеркало. И что? Оно лишь молча улыбалось, как роза в месяц песен.

Отредактировано Янек Лыткин (2015-04-18 01:44:39)

+1

7

Милых вежливых людей в черном, насколько знала Билли, не всегда за людей и почитали. С другой стороны, смотрителям они платили точно той же монетой. Слушая этого человека, Билли очень четко понимала, почему все так, как есть. И понимала, что мир между ними долго не продлится. Они ведь видели материал не только в собаках - а и в людях, наверняка, тоже, часто безжалостно отсекая лишнее. А китобои были тем лишним, что отсекаться не только не захотело, но еще и кусалось в ответ.
- А это похоже на явку с повинной? - покровительственно положив оставив руку на голове пса, спросила Билли. - Я так не думаю. Но что до вашей истории - я не удивлена. Всегда как-то так это и представляла. Знаете, с какого-то момента начинает казаться, что под масками вы все одинаковые. Но я думала, что только мы так считаем. Выходит, и сами смотрители иногда сомневаются. Даже отражение смеется над вами.
Билли сочувственного покачала головой. Лицо ее, впрочем, сочувствия не выражало никакого.
- Хотя, даже и явись я, - сказала она, - вы все равно ничего не смогли бы сделать. Даже сооруди я алтарик и поклоняйся Чужому прямо здесь, на улице - все равно не смогли бы. Вас это наверняка очень злит, правда? Возможно, почти как собаку, которой хозяин не позволяет взять лакомство. Чему же быть верным: себе или хозяйскому слову?
Билли замолчала. Ей было действительно интересно, что ответит смотритель. Даже китобои, преданность которых Дауду была почти что легендарной, иногда сомневались. Даже им приходилось выбирать. И даже им приходилось расплачиваться, если выбор оказывался неправильным.
Возможно, смотрителям повезло больше. Может, Аббатство вытравливало из них сомнения еще в детстве. Но если так - то откуда в Аббатстве взялся такой, например, человек как Гарольд Этвуд?

+1

8

Янек считал людьми всех. Другое дело, что вели себя они далеко не всегда по-людски. Зверем назвать – зверь обидится. У животных не было наемных убийц. Впрочем, у них не было также денег, политики и… смотрителей.
- Это уже как хотите. В худшем случае отправили бы в Тивию убирать снег, - не глядя на собаку, ответствовал  Лыткин. – Люди там неплохие, душевные. А уж вина делают – уезжать не захочет даже трезвенник и язвенник.
Представив женщину в меховой шапке, мужчина фыркнул. Южные люди, почему-то, боялись холодов до жути. Зато таких вымыслов рассказывали, что на пару веков продленной от смеха жизни хватит. Не обращая внимания, на то, что творится у них под носом. Например: загадочных китобоев – про которых все всё слышали, многие видели, но никто ничего не знает. Кроме самих убийц, конечно.
- Сказал это человек организации, которая ходит с противогазами, - усмехнулся Лыткин. – Видимость в них, наверное, просто отличная. Интересно, как только воспитанники не пугаются? Или к вам попадают те, которые уже в детстве совершают двойное убийство, крадут у старушки последний золотой и устраивают кражу с взломом? Или, наоборот, крадете детей еще младенцами, чтобы привить им миролюбие и законопослушность?
Комментарий про сомнения, Янек проигнорировал. Смотрители – не сомневались. Умение размышлять им тоже было не нужно. Наклонив голову, смотритель внимательно смерил взглядом незнакомку. Интересно, когда негласного мира не было, она так же со служителями Аббатства разговаривала?  Или инстинкт самосохранения не позволял? И с отеческой кротостью предложил:
- Попробуйте. Мы сейчас находимся в довольно пустынном районе, а китобои перешли дорогу многим. Родственникам своих жертв, например. Или особо фанатичным служителям матери нынешней Императрицы. Кстати, насколько мне известно, перемирие обоюдоострое, а дротики китобоев слишком хорошо известны. А на счет собаки и хозяина:  по себе – других не судят, - широко улыбнулся Лыткин. – Для кого-то хозяин, а для кого-то семья.
Строгая, к слову сказать, семья. Не поощряющая в членах свободомыслия и отступления от писаных и неписанных правил. Но неизменно заботящаяся о каждом. И Янек сходу мог назвать имена тех, кому бы мог дать защищать спину. Имя Леонардо входило в первую десятку.
- Кстати, как вы дожили до своих лет с таким любопытством? – неожиданно даже для себя, поинтересовался тивианец. Интересно было и ему.

+1


Вы здесь » Дануолл. Пир во время чумы » Черновики » Чуть свет, с собакою вдвоем. 1837 год, 7 день месяца леса


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC