Дануолл. Пир во время чумы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дануолл. Пир во время чумы » Хронограф » В гости к сиротке. 1837 год, 6 день месяца тепла


В гости к сиротке. 1837 год, 6 день месяца тепла

Сообщений 21 страница 38 из 38

21

- Вы знаете господина Слекджо? – парировала хозяйка борделя. Ей даже не пришлось изображать удивление. Вот так леди! Стоило заметить, что миссис Морлидж сказала именно «господин Слекджо», а не «этот бандит» или что-нибудь вроде того.
- Он и его… ммм… - Фанни ненадолго задумалась, подбирая более приличное слово. – Его подчиненные. Они нас охраняют. В такие времена подобные услуги просто необходимы.
Похоже, было ошибкой оставлять детей пить чай в той же комнате. Так можно было быть уверенной, что они не полезут куда не следует, однако надеяться на то, что будут держать язык за зубами, не следовало. Фанни не злилась на Линси. Девочка просто не понимала, что кое о чем говорить не  следует. Варя в силу характера и образа жизни была менее разговорчивой при незнакомцах. Что касается Эдмунда, то тут все понятно. Мальчик был воспитан в аристократической семье и знал правила этикета.
- Линси, я прошу тебя, пей чай и не вмешивайся в разговоры взрослых, а ты, Варя, говори потише.
- Хорошо, мам, – наклонившись к столешнице, Варвара тихо зашептала друзьям. – Все нормально. Мама просто очень не любит, когда мешают разговаривать, едят руками и… Как же это? - девочка нахмурила лоб, пытаясь вспомнить трудные и очень взрослые слова. – А. Не-по-до-ба-ю-щим образом себя ведут. Вот. Она ведь тоже родилась в богатой и очень воспитанной семье.
Что было самым интересным, так это то, что миссис Морлидж, похоже, испугалась при упоминании человека в маске. Но в этот раз проверять сводница не стала. Слишком большой риск. Аристократка могла увидеть и обычного китобоя.
- Линси говорит об одном смотрителе, - как можно тише пояснила Фанни. – Он ее спас и теперь девочка фантазирует на эту тему.

+2

22

Линси удивленно посмотрела на встревоженную миссис Морлиндж.
- Да вы не волнуйтесь, госпожа, - этот спаситель добрый. Он меня от ведьмы спас. Наверное, помогает смотрителям. Они же нас защищают от Чужого и его приспешников, и ходят в масках. Спросите о нем в Аббатстве, они вам, уверена, ответят. Вы же леди.
В последнем девочка не сомневалась, ибо аристократы владели всеми и всем. Правда, леди Морлидж была женщиной, но она была замужем. Можно попросить мужа – слова мужчин имели вес. Тем более она не знала, что случилось с той ведьмой, когда она заснула. Может тот мужчина, как шарахнул потом старухе по башке, чтобы больше детей не ела. Вот только до этого Линси видела смотрителей совсем в других масках.… И боялась она их гораздо больше.
- Хорошо, мисс Фанни, - послушно вздохнула Линси, будучи уверенной, что за злостное вмешательство во взрослые разговоры последует наказание. И быстро спросила: – А можно мы, после того как допьем чай, познакомим Эдмунда с Эдди? А то скоро комедра…нельзя будет на улицах находиться.
Узнав от Вари, что мисс Фанни родилась в богатой семье, девчонка очень удивилась и таким же шёпотом поинтересовалась:
- Варь, правда? Твоя мама очень не похожа на богатую. Как мама Эдмунда на аристократку. Я знаю, я часто видела аристократку одну. Помнишь, Варь, рассказывала я? Она к нам в приют приезжала, но приветливой никогда особо ни с кем не была. И за одном столом со мной не ела.
Пояснив некоторые моменты своей жизни, сирота немного смущенно покосилась на Эдмунда, всем видом показывая, что, да жила в приюте, нет, она не такая, как ему рассказывали воспитатели.
- И вообще, твои воспитатели дураки, - на грани слышимости, заметила Линси.

+2

23

Как ни парадоксально, замечание за вмешательство во взрослые разговоры последовало от мисс Фанни, а не от матери, которая обычно весьма строго следила за подобным. Впрочем, как следует удивиться или даже сказать что-то из серии "так я и знал", Эдмунд опять не успел, потому как Линси продолжала, по его мнению, нести чепуху.
- Много ты знаешь! - огрызнулся он, кидая в сторону Варвары взгляд с просьбой о поддержке своего мнения. - С чего этой аристократке быть с тобой приветливой? Так только с гостями и семьёй себя ведут. А денег теперь у всех ни у кого нет, всё же на эликсир уходит, - пояснил он казавшуюся очевидной причину, по которой им самим пришлось переехать из благоустроенного Делового квартала в маленькую квартирку на мосту Колдуин. Ничего удивительного, если окажется, что и Варя с матерью раньше жили совсем не на страшной Боттл-стрит.
- Кстати, а почему твою маму зовут мисс? - задал Эдмунд вопрос, интересовавший его с того момента, как произошло знакомство с обитателями этого дома.

Кора же тем временем смогла хоть чуть-чуть перевести дух, как только хозяйка борделя заговорила о смотрителях. По крайней мере, в честных служителей Аббатства, способных помочь маленькой заблудившейся девочке, после знакомства с Гарольдом поверить было совсем не сложно. Только вот, разве стал бы кто-нибудь из них приводить сироту в дом терпимости? Скорее, отвёл бы Линси обратно в приют или сразу в работный дом, как сделала бы сама Кора, причём, из лучших побуждений. Хотя, ей ли не знать, с каким пренебрежением могут относиться смотрители к тем или иным запретам и обетам.
- Без эликсира господина Соколова и услуг господина Слекджо сейчас не выжить, - смущённо улыбнувшись, откликнулась миссис Морлидж. Скрывать ставшее очевидным знакомство казалось совершенно бессмысленным.

+3

24

- Да, можно, - откликнулась Фанни. – Только не забудьте постучать, прежде чем войти.
Когда дети немного притихли, внимание тивианки вновь полностью обратилось к гостье. Складывалось впечатление, что этой тихой, вежливой женщине приходится обо всем заботиться самой, хотя, судя по всему, муж-то у леди имелся. Зная по собственному опыту, что законный брак вовсе не является гарантией защиты и спокойствия, сводница могла понять миссис Морлидж. Можно сказать, что в ней было нечто близкое, очень схожее.
- Это верно, - закивала Фанни в ответ на слова о Слекджо. – Простите мне мое любопытство, миссис Морлидж. Но почему же вы с семьей остались в городе, когда… когда все только началось?
Некоторые аристократы, действительно, покинули город, когда было объявлено о первых жертвах странной болезни, но многие все же остались, не желая оставлять имущество и привычные дела.
Варя посмотрела на мать. Не так уж много она знала о ней, тем не менее, во все, что Фанни говорила, девочка, как и все дети ее возраста, верила безоговорочно.
- Это правда! – с жаром заверила она своих собеседников. – Муж моей мамы был дворянином и военным. Только он давно утонул. Поэтому ее зовут мисс, а не миссис.
На самом деле Варвара не была уверена в том, что все говорит правильно. У взрослых все так сложно. Она задумалась, глядя на спорящих Эдмунда и Линси.
- Наверное, просто аристократы бывают разные, - бесхитростно заключила девочка. – Моя мама и мама Эдмунда добрые, но не всем же таким быть. Ладно, пойдемте к Эдди, а то вдруг Эдмунда сейчас домой позовут.
Варвара встала из-за стола, деловито собирая чашки на поднос.

+2

25

- Да? – ехидно ответила Линси. – А ничего, что она так вела себя только на людях, а наедине со мной часто обнимала и целовала меня и приносила сладости?  И у этой леди денег хоть завались, ибо она подарила мне эликсир и живет в собственном огромном доме с кучей слуг. Это вы, наверное, просто играете в аристократов, ибо нет ни огромного дома, ни почти слуг, а эликсир и мы пьем. Даже я, хотя сирота.
- Тем более, я же тоже не бегаю в обносках, как утверждает твой наставник,  - добавила она последний аргумент. – Ладно.… Зато я думаю, ты будешь неплохим взрослым, пусть даже аристократом. И про тебя не станут говорить, что ты «благородный идиот», - процитировала девочка чьи-то слова.   
С трудом подавив в себе внезапное раздражение, девочка заставила себя примиряюще улыбнуться. В конце концов, Эдмунд же не отвечает за дела взрослых, для которых сироты, особенно с рождения, были лишь лишними членами общества, которых лучше бы душить в младенчестве, но приходиться воспитывать из них благополучных членов общества, как не раз говорила миссис Метьюс.
- Наверное, хорошим был, раз военный, - задумчиво протянула Линси, которая, тем не менее, еще наивно считала, что все военные хорошие люди, все смотрители защищают от Чужого и лорд-регент милостивый правитель, раз пришел на место доброй императрицы. Просто ему не говорят, как живут сироты, вот и никто не даст подзатыльник воспитательницам.  – Слушай, если он муж твоей мамы, то значит тебе – отец?

+2

26

- Повезло тебе, что ты девчонка! - тихо, чтобы не услышала мать, прошипел Эдмунд, потому как слова Линси и правда его задели. Да что эта маленькая сиротская крыска (как за глаза называла девочку их кухарка) могла знать о настоящих аристократах! Придумывает всё на ходу, и про говорящую птицу, и про то, что эликсир каждый день пила. Таких денег мало у кого нашлось, у них на мосту соседей вообще не осталось, а эта вон как заливает. - А то я б... - встретившись взглядом с Варей, Эдмунд всё же осёкся. Не хватало ещё, чтобы дочка мисс Фанни сочла его грубияном.
- А кто такой Эдди? - встрепенулась тем временем Кора, отнюдь не горевшая желанием отпускать сына разгуливать по публичному дому без присмотра. Какой бы тактичной ни казалась эта мисс Фанни, доверия к её работницам и завсегдатаям леди Морлидж не испытывала. И если Варя с Линси и могли уже насмотреться того, что не предназначено для взоров детей и порядочных взрослых, то её Эдмунда наверняка поджидал настоящий шок за одной из имеющихся в этом доме дверей. Не понаслышке зная, сколь тяжким может оказаться столкновение с чужими пороками, Кора не собиралась раньше времени открывать эту истину восьмилетнему сыну.
- А почему не уехали... - Миссис Морлидж на какое-то мгновение задумалась, опасаясь сболтнуть лишнего. О том, что главной причиной их присутствия в Дануолле была невозможность отъезда Гарольда, говорить было, разумеется, ни в коем случае нельзя. - Поначалу, пока порт ещё не был закрыт, все были уверены,  что дальше бедных кварталов болезнь не пойдёт. А потом... было уже поздно. А вы почему не уехали? Мне казалось, что такой... такое дело всегда найдёт клиентов... - задав ответный вопрос, Кора в который раз раскраснелась, как маков цвет. И кто бы мог подумать, что она возьмётся столь вольно рассуждать о подобном бизнесе!

+2

27

- Да бросьте вы спорить! – Варвара фыркнула. – Эдмунд, наверняка, знает про аристократов больше, чем мы с тобой, Линси. – Девочка примирительно похлопала гостя по плечу. – Но мама говорит, что Линси не врет. Некоторые богатые леди любят заботиться о сиротах.
По мнению Вари спорить о таких вещах было скучно. Лучше уж говорить о птицах и дальних странах. Этих взрослых же не разберешь. В ответ на вопрос подруги девочка замотала головой.
- Нет. Это было очень давно, так что тот моряк мне не отец, - Варвара взяла в руки поднос с чашками. – Мой отец вроде как помер тоже. Не знаю. Никогда его не видела. Мам, так нам можно к Эдди?
Фанни кивнула и улыбнулась миссис Морлидж.
- Эдвард Хант. Художник, живет у нас уже несколько лет. Не беспокойтесь, - заговорила сводница тише. – Он соблюдает приличия. В свободное от работы время он просто учит детей рисовать и рассказывает разные сказки, поэтому Варя и Линси его так любят.
Дети вышли. Молодой художник с копной вьющихся темных волос оказался как раз на кухне. Заметив девочек и незнакомого мальчугана, он отвлекся от скромной трапезы, поздоровался  и погладил Варю по голове. Эдмунду парень пожал руку, а Линси чуть дернул за щеку, назвав сорвиголовой. Казалось, он был рад, что девочка вернулась.
- Сначала мы тоже думали, что все обойдется, - тем временем Фанни продолжила беседу с миссис Морлидж. – Потом… Начинать бизнес на новом месте очень проблематично. Везде свои законы, свои старожилы и далеко не все столь великодушны, как господин Слекджо.

+2

28

Не обратив на слова Эдмунда никого внимания, девочка разговаривала с Варей. В конце концов, если Эдмунд такой дурак, что не понял, зачем она упомянула говорящую птицу, исполняющую желания, то кто в этом виноват? И никакого везения в том, что она девчонка, Линси пока не заметила. Одни ограничения! То нельзя, другое нельзя. Поступить в Академию ей тоже нельзя – потому что бедная и девочек в неё не берут.
- Да я уже не спорю, - хмыкнула Линси. Вот еще! О богачах спорить! - Отдавай поднос, а то я забыла, что сегодня дежурная по кухне. Эх, вот бы придумали такой шкаф, в который сложил грязные тарелки, а вытащил их чистыми, - мечтательно произнесла по пути девочка. – И швабру, которая сама полы моет.  Вечно эти ученые думают не о том!
- Доброе утро, Эдди! – помахала художнику рукой Линси. – Ага, сорвиголова, - согласилась с ним она. – Зато, смотри, с кем я познакомилась! – вспомнив, как её саму представил мальчишка, выступила в роли хозяйки: - Это Эдмунд. Он не верит в говорящих птиц. В гостиной еще мама его находится. Представляешь, я вчера обедала с самыми настоящими аристократами.

+1

29

Хотевший едко ответить, что настоящим аристократам незачем мечтать о таких шкафах и тряпках, потому что за них всё делает прислуга, Эдмунд всё же прикусил язык, побоявшись расстроить продолжением спора Варвару. В конце концов, мама всегда говорила, что мужчина должен быть выше мелочных обид. Да, так он и сделает.
Представление Линси, правда, чуть не вызвало новый снисходительный смешок, потому как разве воспитанные люди говорят о благородных леди "мама Эдмунда"? Но и тут мальчик сдержался, тем более, что новый виток взаимных насмешек и обид мог помешать углядеть что-нибудь интересное. По крайней мере, такого количества новых людей Эдмунд не видел уже очень давно.
- Эдмунд Морлидж, к вашим услугам, мистер, - по возможности со всем достоинством отозвался мальчик, протягивая Эдди руку. И украдкой глянул на Варвару, проверить, произвели ли на неё впечатление его безукоризненные манеры.

В гостиной же, стоило лишь на мгновение выпустить из поля зрения сына, Кора вновь почувствовала острое беспокойство. Всё же, что бы там ни говорила мисс Фанни, как бы ни ручалась за своих работников, доверия у леди Морлидж к подобным заведениям не было. Даже если этот художник и не станет показывать детям свои рисунки намеренно, кто знает, куда может сунуть свой любопытный нос истосковавшийся по обществу сверстников и хоть каким-то развлечениям Эдмунд?
- Да, вы правы, господин Слекджо очень любезен, - будто бы нехотя признала Кора, тщетно пытаясь сконцентрировать внимание на предмете беседы, а не на развратных картинках, кои, возможно, сейчас рассматривает её сын. - Страшно представить, что бы делали без его защиты... мы все. И цены за свои услуги не заламывает. И даже весьма вежлив, в меру своей... ммм.. профессии, конечно.
Вспомнив поток брани, коему она стала невольной свидетельницей во время своего визита на Боттл-стрит, Кора чуть улыбнулась. Наверняка на старой винокурне респектабельная леди, да ещё с внушительным животом, смотрелась куда нелепее, чем здесь, в гостиной публичного дома.
- И всё же, мисс Фанни, нельзя ли привести Эдмунда обратно? - Чем дольше отсутствовал в комнате сын, тем неспокойнее становилось на душе.

+2

30

Эдвард немного удивленно посмотрел на Эдмунда. В «Ракушке» странным образом становилось все больше детей. Теперь тут был еще и маленький аристократ, если, конечно, верить Линси, обладавшей богатой фантазией и неуемной тягой к сочинительству. Как бы там ни было, художник улыбнулся, понимая, что отступать ему уже некуда. Придется браться за эскизы, объясняя сразу троим, что к чему.
- Хотите, я кого-нибудь из вас нарисую? – спросил Эдвард, запустив пятерню в свои темные, беспорядочно торчащие кудри.
Варвара была очень довольна. Раньше с ней была только скучная старушка, а теперь – и подруга, и самый настоящий художник, и новый друг. В эту минуту Эдмунд показался ей очень взрослым.
Фанни, в отличие от гостьи, не видела причин для беспокойства. Она спокойно налила в чашки еще немного чая. Внезапная просьба молодой женщина вызвала у тивианки легкое раздражение, но она только вздохнула. Нельзя было обвинять миссис Морлидж в ханжестве и излишней заботе о нравственном здоровье сына – этой леди и так приходилось иметь дело с миром, который был ей чужд, и при этом стараться сохранить репутацию, которая в ее кругах очень важна.
- Конечно, мисс Морлидж, - Фанни подошла к двери и позвала Эдда, предложив немного порисовать в гостиной. Такое решение казалось оптимальным – никто не должен расстроиться. Молодой человек прихватил с собой бумагу, карандаши и, входя, поклонился гостье, немного смущаясь. Следом вернулись дети. Фанни представила миссис Морлидж и Эдварда друг другу, затем вновь села в кресло.
- Надеюсь, у вас не будет проблем со стражей или смотрителями. Мне бы этого очень не хотелось, - тихо произнесла сводница, возвращаясь к разговору. - Вы, кажется, встревожились, когда Линси упомянула человека в маске…

+2

31

Быстро отвернувшись к раковине, под предлогом  мытья посуды, Линси  ухмыльнулась.  На миг ей показалось, что Эдмунд перепутал обычную кухню «Ракушки» с блистательным светским балом. Так не подходила фраза мальчика этому месту. Однако младшей подруге понравилось, как представился аристократ, поэтому Линси проглотила все обидные слова, чуть было не сорвавшиеся с языка. В приюте не позволялось девочкам и мальчикам общаться, поэтому белобрысая девчонка выросла совершенно неопытной в сфере меж половых отношений и никак не могла понять, почему Эдмунд так красуется перед Варей. Вчера же общались: был вполне обычный мальчишка!  А еще в душу сироте потихоньку заползала зависть: у Эдмунда был заводной игрушечный кит, ему не приходилось убираться и мыть посуду, про него не говорили пренебрежительно и он… был мальчик.   
По-быстрому сполоснув чашки (что их намывать – грязи же нет!) и вытерев руки, Линси повернулась к приятелям и Эду.
- А всех троих выйдет? – поинтересовалась у художника. – Хотя бы набросок. Будет нам с Варей на память, что когда-то знали мальчика-аристократа.
«Или Эдмунду», хотела прибавить Линси, но не решилась. Вряд ли миссис Морлидж одобрила настолько далеко зашедшее знакомство. Вон она и так переволновалась, иначе с чего бы мисс Фанни звать Эдварда в гостиную?  Явно мама мальчишки боится отпустить сына надолго из-под крылышка. Зависть девчонки куда-то испарилась и на её место пришла насмешливая жалость. С которой она глянула на Эдмунда.
Ни у неё, ни у Вари не было заводного кита, но зато…
- А вот мисс Фанни смелая, - шепнула Линси младшей подруге. – И нас оставить на чужой кухне не боится.

+2

32

Как ни прискорбно было это осознавать, но в том, что касалось родительского надзора, Эдмунду и правда повезло куда меньше, чем Варе и Линси. Народу тут было намного больше, чем в крошечной квартирке, в которой ютились Морлиджы. Правда, для такого большого дома нельзя было сказать, что и тут очень уж многолюдно. Ворчливая кухарка (почти как их миссис Лидкоб), две девчонки и художник. Помнится, когда они переезжали из Делового квартала, мама говорила, что из-за необходимости покупать ужасно дорогой эликсир большой дом сейчас мало кому по карману, равно как и многочисленная прислуга. А тут... Разве трое взрослых, одна из которых - кухарка, могут занимать столько комнат? И потом, где это видано, чтобы с семьёй жили чужие люди? А если этот Эдди был родственником, то почему его представили по профессии, а не, допустим, "наш кузен"? Все эти вопросы мальчик намеревался задать матери, как только они отправятся в обратный путь.
- А кита вы нарисовать можете? - Помня, как год назад мама с папой заставили его тащиться на другой конец города, потому что "семейный портрет должен висеть в гостиной каждого приличного дома, ну же, милый, не вертись", Эдмунд поморщился от одной мысли о том, как же скучно оказалось позирование. Даже скучнее, чем чтения в Аббатстве.

У Коры же отлегло от сердца, как только сын вернулся в гостиную. Правда, бордельного художника она всё равно считала крайне неподходящим знакомым для восьмилетнего мальчика из приличной семьи ("Хватит с него и родителей, вовсю нарушающих запреты."), однако же, шанс проследить, как бы Эдмунд не увидел чего-нибудь недозволенного, возрастал. А потому на следующий вопрос мисс Фанни леди Морлидж ответила с куда большей охотой:
- Чтобы не попасться страже, и правда нужно будет скоро поторопиться. А смотрители... боюсь, они здесь не частые гости?
Разумеется, Кора понимала, что Гарольд отнюдь не единственный, кто не стал отказывать себе в женском обществе, несмотря на запреты. И что он, ко всему прочему, один из немногих, кто, вместо того, чтобы всякий раз выбирать себе красотку по вкусу в таких домах, как эта "Ракушка", практически обзавёлся семьёй. Но всё же, после знакомства со смотрителем Этвудом доверия у Коры к его братьям заметно прибавилось. И хоть лезть на рожон она бы не стала ни за что на свете, в первую очередь, чтобы не создать ворох неприятностей близким, прошлого страха при виде людей в соответствующих масках уже не было, даже не взирая на бесчинства, творимые некоторыми из служителей.
А вот то ли утверждение, то ли вопрос, касавшийся Линси, заставил снова напрячься. Последнее время с подобным описанием у миссис Морлидж ассоциировался лишь один человек, и заводить о нём разговор точно не стоило.
- Конечно, разве же можно допускать, чтобы ребёнок, тем более, девочка, ходил по улицам один? - Обычное волнение вполне можно было списать на естественное беспокойство, знакомое всякой матери. - Кто ещё, кроме смотрителя, может протянуть сироте руку помощи?

+2

33

Варя ничего не ответила Линси. Она просто не знала, что сказать. Да, ее мама смелая (хотя чего ей бояться отправлять их на кухню?), но и миссис Морлидж очень хорошая. Мамы всегда беспокоятся о своих детях. Только вот Линси, к сожалению, этого знать не могла.
- Кита? – художник улыбнулся. Он понял, что тоже находится под присмотром, и чувствовал себя неловко. – Конечно. Я могу и научить.
Эдвард раздал детям листки бумаги и карандаши на тот случай, если они захотят составить ему компанию. Варвара тут же принялась рисовать домик, ели и большие сугробы – голубоватые холмики с, падающими на них, крупными снежинками. Когда они с матерью уехали из Самары, ей было всего четыре года, но, несмотря на малый возраст, девочка хорошо запомнила тивианские метели.
- Нет-нет, - Фанни отвела взгляд от места у окна, которое в одночасье превратилось в художественную мастерскую. – Думаю, они заглядывают в другое заведение подобного рода. Посолиднее.
Сводница, конечно же, имела в виду «Золотую кошку». С публичным домом мадам Пруденции «Ракушка» конкурировать не собиралась. Каждому свое. Смотрители могли принести с собой ненужные проблемы, так что Фанни и не стремилась их привлечь. Разве что кто-то приходил инкогнито, без маски, но в этом тивианка сильно сомневалась.
Она слегка удивилась осведомленности миссис Морлидж о том, что и служители Аббатства нарушают шестой запрет ничуть не реже, если не чаще, чем простые обыватели. Видимо, были причины, которые подтолкнули аристократку к терпимому отношению к чужому пороку.
С другой стороны, следующее высказывание миссис Морлидж скорее говорило о том, что она верит в порядочных и разумных смотрителей. Что ж, Фанни тоже допускала подобную вероятность, но сильно сомневалась, что служитель Аббатства привел бы девочку в «Ракушку».
- Мир не без добрых людей, - деликатно ответила Фанни, понимая, что разговорить гостью на эту тему не удастся. – Но, безусловно, вы правы. Помочь заблудшему найти верный путь – святая обязанность каждого смотрителя. К сожалению, на наших улицах много никому ненужных сирот. Линси еще повезло.
Разговор плавно подошел к тому, с чего начинался. Тивианка тепло посмотрела на миссис Морлидж. Ей было жаль, что их многое разделяло, хотя и нашлись удивительно схожие обстоятельства жизни и даже общие знакомые.
- Я позову кого-нибудь из ребят Слекджо, чтобы вас проводили. Если хотите. Они всегда находятся неподалеку.

+2

34

Линси плохо понимала, что такое «беспокойство за ребенка». Не вечно же ребенок будет маленьким! Когда-нибудь и он уедет на поиски новых островов. Впрочем, взрослые постоянно говорили противоречиво: Линси была обязана быть примерной женой и матерью, но при этом никто не разрешал общаться с будущими мужьями – мальчишками или ей вечно доставалось, когда миссис Минога замечала её на дереве, но при этом, когда год назад Линси достала котёнка мисс Уэйт, залезшего на ветку, её наоборот похвалили.
Предложение Эдмунда нарисовать кита, вызвало небольшое сожаление. Китов она видела на картинках, хотя бы на тех же ротвильдских банках, а вот портреты с неё не писали. А может и хорошо, что художник подхватил предложение аристократа. Она однажды услышала от одной из рыбешек мисс Фанни, что «позировать – ужасно скучно, а вот… сон совсем другое дело». Почему-то девушка запнулась на слове, когда заметила любопытную мордочку Линси, и девочке показалось, что хотела сравнить «рыбешка» совсем другое.
- А почему именно кита? – поинтересовалась девчонка у мальчишки.
Рисовать что-то свое не хотелось, поэтому несчастная сирота присоединилась к уроку «рисования кита». Скажи кто-нибудь Линси, что она несчастная, девочка долго бы выпытывала «почему». Такой девочка себя не ощущала, скорее, наоборот: у неё появилась сестра и мисс Фанни. Все приютские девчонки обзавидовались бы.
- Слушай, а это что? – сунула нос в Варин рисунок. – Снег?

+2

35

- Потому что, рисуя кита, не нужно сидеть ровно и не вертеться, как когда рисуют тебя. Ужасно скучное занятие, а лицо своё можно и в зеркале увидеть, - честно ответил Эдмунд, старательно копируя рисунок Эдди и не упуская при этом возможности вслед за Линси заглянуть через плечо Варваре, у которой выходила, по мнению мальчика, сущая белиберда, в чём он, однако же, не признался бы ни за что на свете. Ведь мама всегда говорила, что настоящие джентльмены не обидят даму.
- Эдмунд, попрощайся со всеми, нам уже пора. - Голос миссис Морлидж оказался для мальчика полной неожиданностью, и, если бы не присутствие девчонок, Коре не удалось бы избежать капризов и уговоров побыть "ещё хоть капельку". А так - пришлось вставать, протягивать руку Эдди для прощания и вежливо благодарить за чай мисс Фанни.
Не оценить сговорчивости сына Кора не могла, отчасти догадываясь, чем было вызвано подобное поведение. Однако же, обещать, что они придут сюда снова, у леди Морлидж не получилось бы. Слишком уж неподходящим местом для детей и порядочных женщин была "Ракушка", сколь бы любезной и вежливой ни оказалась её владелица.
- Спасибо вам, мисс Фанни, это было бы очень кстати, ведь комендантский час и правда не за горами. - Поразмыслив с мгновение, Кора всё же решила не отказываться от предложенных провожатых, невзирая на то, что подумает мистер Слекджо. В конце концов, объяснение её нахождению в борделе, как ни странно, оказалось куда логичнее поистине безумного чаепития с мужем, любовником-смотрителем и мистером Кроули.

+2

36

- Да, снег, - ответила Варвара, старательно вырисовывая узор на снежинке. Она успела так увлечься своим занятием, что не заметила, как измазала ладони и нос. На некоторое время ее привлек рисунок Эдмунда. Девочка наблюдала, смутно понимая, что ее метель в сравнении с рисунками мальчика и Линси никуда не годится. О том, чтобы потягаться в мастерстве с Эдди и говорить было нечего. Его картины были для Вари чем-то из разряда настоящего волшебства. Однако еще больше, чем неудавшийся и незаконченный рисунок ее огорчили слова миссис Морлидж. Варвара с грустью посмотрела на мать, но та лишь отрицательно покачала головой и кликнула кухарку. Эдди тут же раскланялся и, собрав вещи, ушел к себе.
- Подождите, подождите! – Варя спрыгнула со стула и, покинув гостиную, побежала вверх по лестнице на чердак. Через несколько минут она вернулась запыхавшейся. Девочка протянула Эдмунду статуэтку кита, помещавшуюся в ладони. Фигурка была вырезана из китовой кости и отполирована до блеска.
- Тебе нравятся киты, - тихо пробубнила Варвара. – Возьми. Мы таких много привезли, - совершенно застеснявшись, дочь сводницы посмотрела на Эдмунда, потом на его маму. – Приходите еще.
Фанни бросила на миссис Морлидж извиняющийся взгляд. Похоже, теперь придется объяснять детям, почему они больше не увидятся.
- Все, Линси, Варя, говорите гостям «до свидания» и отправляйтесь к себе наверх.
Клара привела двух бандитов, обычно помогающих Кроули. Они чаще всего ошивались возле «Ракушки». Один из них слегка удивился, узнав добропорядочную леди, но вопросов задавать не стал, только вежливо снял шляпу и толкнул в бок второго, чтобы тот сделал так же.
- Всего доброго, – Фанни улыбнулась. Она чуть было не подала миссис Морлидж руку, но удержалась от этого жеста. – Береги маму, Эдмунд.

+2

37

- А тебя уже рисовали? – поинтересовалась у мальчишки Линси. Хвастун, несчастный! – возмущенно подумала она про себя. Был он у художника, видишь ли. Линси кольнул новый укол зависти. «Хочу быть аристократкой.  Хочу ходить в прекрасных одеждах (как леди Эсма), иметь кучу денег, свой дом со слугами и чтобы никогда, никогда не мыть посуду. И чтобы у меня был мой… как его? Чтоб меня нарисовали…»
В этот момент желание быть, как богатенькие, переселило желание открыть новый остров. Девочка тихонько вздохнула, отчетливо понимая, что такого не будет никогда. Это еще более несуразно, чем леди Эсма подарившая обычной сироте лекарство Соколова (она никак не могла выговорить слово «эликсир»).  Ну и пошли они! Сейчас они уйдут, и Линси их больше никогда не увидит. Так мысленно уговаривала себя девочка, пока повторяла за художником движения. Честно говоря, в этот раз рисунок у неё вышел не очень: сирота сильно отвлеклась на свои мысли, и косой кит мало походил на грозу морей и китобоев.
Как не странно, слова миссис Морлидж о времени, также прозвучали внезапной неожиданностью и для Линси. Вздрогнув, девочка умоляюще глянула на мать Эдмунда, однако вспомнив про запретный час, лишь вздохнула. Сказка: обычные девочки и мальчик-аристократ заканчивалась.
Уже в прихожей Линси, не удержавшись, спросила Эдмунда:
- А вы еще придете? 
И до последнего смотрела на него, успев помахать рукой в закрывающую дверь, и открыто, напоследок, улыбнуться.
Звук захлопнувшейся двери прозвучал, как внезапный выстрел.
- Ну и ладно, он всё равно маленький, - с трудом удержавшись, чтобы позорно не расплакаться пробормотала Линси. И добавила: – И Эдмунд дур…
Сорвавшись на последнем слове, девочка быстро убежала наверх.

+1

38

По взгляду сына Кора поняла, что у него теперь появилось новое сокровище. Мало того, что это был самый настоящий кит, так его ещё и подарила понравившаяся ему девочка. И от того, что дружбе этой придёт конец практически без объяснений со стороны старших, на душе становилось совсем гадко. Будто леди Морлидж не заботилась о будущем сына, а самым гнусным образом обманывала его.
- Мистер Дженго! - обрадовался Эдмунд тому из бандитов, который частенько наведывался к ним на мост.
Появление обещанных провожатых несколько разрядило обстановку, избавив в том числе и от необходимости врать детям прямо сейчас. Да и при новых свидетелях тепло улыбнуться мисс Фанни оказалось значительно проще.
- Спасибо вам большое, - проговорила Кора на прощание, покрепче сжимая руку сына, словно боялась, что тот может убежать, едва они переступят порог "Ракушки".
- До свидания, мисс Фанни. Линси, Варвара, пока! И приходите к нам в гости, уж тогда я точно уговорю Айви налить нам воды для кита! - последнее мальчик едва успел крикнуть перед тем, как Клара закрыла за неожиданными гостями дверь.
- Милый, ты же знаешь, что невежливо детям самим приглашать гостей, не спросив разрешения у взрослых, - с лёгкой укоризной проговорила Кора, не решаясь сказать сыну, что причина нескорого визита кроется совсем не в этом.
- Ничего, парень, подрастёшь - станешь сюда без разрешения бегать, - хохотнул Дженго. Правда, словив более чем красноречивый взгляд миссис Морлидж, прикусил язык. Ох и до чего эти благородные обидчивые!
- Ну а пока я ещё не вырос, можно мы хоть иногда будем ходить друг к другу? - не поняв намёка бандита, протянул Эдмунд, дёргая мать за руку.
- Посмотрим, милый, посмотрим... - Наверное, никогда в жизни Коре не было там стыдно перед собственным сыном.

+1


Вы здесь » Дануолл. Пир во время чумы » Хронограф » В гости к сиротке. 1837 год, 6 день месяца тепла


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC